Копа, Бериктас, Каншенгель.

Василий пригласил проехаться по новым для меня местам, и я с радостью согласился. День солнечный и первый по-настоящему теплый.

Пункт 1. Копинские разливы. Началом можно считать поворот на Ульгули с Бишкекской трассы. Сразу же стали обильны просянки, они сидели на проводах почти на каждом пролете между столбами, а иногда даже толпами на отдельно стоящих деревьях. Поначалу встречались и дрозды – рябинники и чернозобые, а также трясогузки – маскированная и желтоголовая. Повсеместно видели каменок-плешанок (самцов) и трижды плясуний. Встречались также и пустельги, но главными событиями стали встречи курганников, которых мы видели 7 штук, из них 4 были в двух парах, 1 сидела у гнезда, 1 таскала материал на линию ЛЭП, и еще 1 была неподалеку от пары. Вероятно, курганники только недавно прилетели и сейчас устраивают гнезда.

На кустарниках у разливов увидели также сорокопутов – дважды туркестанского жулана, пустынного сорокопута и буланного жулана. В камышах – тростниковых овсянок, красноспинных горихвсоток. Уток на разливах было много, но все они плавали на воде вдалеке. Большинство были шилохвостями, но были также свистунки, кряквы и широконоски. Кулики – чибисы и первые в этом году травники. Чайки – озерные и хохотуньи, которых я не видел, но хорошо слышал.

На обратном пути до трассы встретили обыкновенную овсянку, несколько раз коноплянок, одну дерябу на проводах, которую мы изначально приняли за сизоворонку, а также степного орла. После выезда на трассу и до самого поворота на Бериктас остановились лишь раз – сфотографировать орлана-белохвоста, кружившегося в окружении грачей.

Пункт 2. Бериктас. Ущелье в Бериктаса находилось у Василия под подозрением на гнездование горного курганника, и раз уж курганнники уже строят (подстраивают) гнезда, то безусловно имело смысл проверить и Бериктасовских птиц. Курганников увидели стразу, причем более чем вероятно, что тех же самых птиц, что и в прошлом году – одна птица была светлой, вторая – темной. Оба курганника вели себя очень беспокойно, когда мы полезли на гору, то темная птица даже издавала крики. Время от времени оба курганника отлетали, но через какое-то время возвращались. Как мы не старались, гнезда мы ни нашли. Возможно, птицы еще не определились с гнездом. Кроме курганников видели еще скальных поползней – 3 птиц, две птицы (думаю, что самцы) голосили на все ущелье, но каждый на своем участке, одна (самка?) вела себя спокойнее. Приблизится к себе поползни не дали, а жаль, сегодня они были очень хороши. Кроме поползней громко перекликались и кеклики, нескольких птиц мы спугнули и они спикировали вниз по склону. Пролетали один бородач и один ворон, Вася также видел бледных завирушек. На выезде из ущелья еще раз встретили коноплянок, горных овсянок и двух каменных воробьев. А еще в Бериктасе мы встретили первые в этом году подснежники и первых крапивниц.

Пункт 3. Трасса через станцию Копа и Тамгалы Тас до Каншенгеля. Сразу же был встречен еще один пустынный сорокопут. А потом пошли курганники, всего их видели больше десятка, почти все парами, почти все очень светлые с белой головой. Очень много степных жаворонок, а в районе Тамгалытас на каменистом перевале видели также и двупятнистых жаворонков. Здесь же нам встретился любопытный степной орел, который сменил свой маршрут, чтобы приблизиться к нам и поглазеть на нас сверху вниз. Позже видели мини стаю из еще трех степных орлов, летевших на восток. Ближе к Каншенгелю местность становится совсем уж пустынной, начинают встречаться чернобрюхие рябки и артезианские колодцы. В этих местах у нас было две интересные встречи – пара дроф и один беркут, к сожалению, все издалека.


Пункт 4. Каншенгель. Поселок – с ходу сразу же плясунья на проводах, стая скворцов, грачи на колонии (они везде сейчас уже не колонии), зяблики, юрки, большая синица, самец красноспинной горихвостки, две самки горихвостки (не разглядели какой), чернозобые дрозды.
Потом привычный домовый сыч, который сидел у своей трубы, потом спрятался в ней, потом вылетел на кирпичи, и потом сел на столб. Ни грачи, ни скворцы не обращали на сыча внимания, что для меня было странно. На воде птиц мало – только трясогузки и 4 малых зуйка. Воды было мало. Кстати, еще меньше воды было на трех ближайших артезианах вне поселка. И птиц здесь было еще меньше – все те же трясогузки (маскированная, желтоголовая + 2 белых), горные коньки да жаворонки. Мы думали, что рябков на воде так и не увидим, но нет – на обратном пути в поселок одного самца на водопое все же сфотографировали.

Перед отъездом заехали в поселок проведать воробьиную мелочь. Скворцы уже не летали, но зато мы увидели стайку буланных вьюрков. Вообще вечер – это время последней дневной активности, и нам повезло, что мы заехали в поселок. Кроме вьюрков еще увидели свистунков и широконоску, прилетевших на лужу, а также – самца краснобрюхой горихвостки! Вот оказывается как далеко откочевывают высокогорные виды.

На обратном пути уже в глубоких сумерках сделали остановку в Куртах, где увидели одинокого рябинника и услышали одинокую трясогузку, остальные птицы уже спали. Дороги везде уже сухие, степь-пустыня уже почти полностью отошла от снега, и по большей части суха, хотя кое-где в оврагах и между скал языки снег еще лежат.


У - отрезок через Ульгули на Копинские разливы,
Б - Бериктас,
Т - дорога через Тамгалытас на Каншенгель,
К - Каншенгель.