Курык, мыс Ракушечный. Мангыстау.

Утром едва дождался рассвета и пошел искать вчерашнюю клушу. Утро было туманным, но туман рассеялся довольно быстро. Прямо у берега толпились лысухи, здесь они всегда встречаются плотными толпами. Еще встретил рогатых жаворонков. Пока шел по красной солянке к дальнему заливу не встретил ничего особенного, все птицы были привычными, я щелкал налево-направо просто для протокола, чтобы потом в список внести. Фламинго топтались на прежней точке, но я к ним даже подходить не стал, сразу же направился к чайкам. Чайки были, но клуши среди них не было. Стал разглядывать кто же плавает на средней дистанции от берега, увидел двух чомг, а потом увидел двух пролетающих крохалей, и еще 5-6 птиц плавающих отдельно. Я уже видел здесь больших крохалей, поэтому подумал, что и это тоже большие, но оказалось, что это длинноносые. Лайфер! Потом еще одного длинноносого я увидел в стае с лысухами. Поснимал фламинго, они спокойно и медленно от меня удалились. Потом прилетели шипуны и приводнились около фламинго со второй попытки. Увидел издали филина, тот взлетел и я засек где он сел, но после двух телефонных разговоров я его уже найти не смог. Однако, факт, что я уже дважды встречал филина в одном месте, наводит на мысль, что он может прямо здесь же среди камней и ночевать. На обратном пути увидел как над морем в сторону юга летят шесть кудрявых пеликанов. Позже посмотрел в галерее, оказывается у нас пока еще не было снимков кудряшей с Мангышлака.

После обеда поехали на мыс Ракушечный. У меня была дилемма – пойти попытаться снять получше длинноносых крохалей, либо ехать в новое место. Ракушечный победил. Но поначалу почти ничего там не было – вдалеке летал пятипалый лунь, да на камнях сушились пара бакланов и чайки. Но потом я подошел к камням (бакланы улетели) и обнаружил там кучу жаворонков (в основном серых), которые кормились на водорослях, что на камнях. Там же – малая чайка, стайка куликов – 5 песчанок плюс чернозобик, отдельно галстучник. После того, как ресурс камней показался мне исчерпанным, я направился к розовым известняковым обрывам. Поначалу там все казалось безжизненным, только время от времени из-за поворота вылетали толпы бакланов. Потом стал замечать мелькание мелочи между камней – несколько зарянок, горихвостка, потом замечательная встреча – два дубоноса, потом мимо пролетела деряба (летела между мной и солнцем, пугливая), на воде увидел красношейную поганку, а из камней на цветы вылетели две теньковки. Потом на самый верхний гребень прилетели каменные воробьи, примерно полтора десятка, они стали делать попытки снизится на пару каскадов ниже, но видимо я их пугал, поэтому большинство воробьев восседали, и лишь некоторые пикировали вниз, давали круг и возвращались на скалу. Я все время пытался подойти к ним ближе и, в конце концов, они все разлетелись. Но недалеко – на соседнем обрыве каменные воробьи были ниже и кружились у дырок в скалах. Но в этот момент мне было не совсем до них – во-первых, я увидел коноплянку, а во-вторых, из кустов вдруг вылетела черноголовая славка – мой второй лайфер за день! Коноплянка и славка довольно быстро улетели, но и воробьев я после тоже не застал. На мысу пробыли до самого заката, я пытался выкараулить черного дрозда, но не срослось. В самом конце в закатном солнце я вдруг увидел в кустах серую птичку. Подумал было, что скотоцерка, но это была самка зяблика. Но я очень доволен – два лайфера за день!

На обратном пути в свете фар с дороги слетела серая куропатка.