Чимбулак, Кимасар, Маяк.

Ощущение, что сегодня последний день, напоминающий лето – солнце, а в городе даже еще и тепло, кое-кто даже в майках ходит. Однако в горах, несмотря на солнце, холодно, особенно в тени, где холод пробирает быстро, хотя и одет я был тепло. На пятачке, который облюбовали для наблюдений Андрей с Геннадием, птицы есть почти всегда. Вероятно, это обусловлено тем, что здесь заготавливают лес, соответственно, много разбросанных веток, в которых можно и спрятаться и подкормиться насекомыми. Как только приехали на место, сразу же увидели стаю чернозобых дроздов, седоголовых щеглов, пару арчовых чечевиц и шныряющих между веток черногорлых завирушек. Потом на голос приманивали джунгарских гаичек, корольков, но особенно успешно московок и пищух. Одна из московок села на пень между мной и Геной на таком близком расстоянии, что у Геннадия она просто не вошла в кадр. После того как синичка улетела, Гена протянул руку и легко достал ею до места, где птица сидела. Две пищухи тоже прилетели на голос, и стали кормиться на ближних деревьях. Птицы эти очень резкие, ни на секунду не прекращающие движение, да еще и предпочитающие держаться тени, поэтому было принято решение вытянуть их на солнце. Затея удалась с частичным успехом, то есть пищухи передвигались вслед источнику звука, и даже садились на деревья в полутени, но на пень, целиком стоящий на солнце, они ни разу не подлетели. Видел джунгарскую гаичку, выклевывавшую семена из уже обработанных кедровками шишек, такую картину наблюдал уже не первый раз. Пока снимали лесных птиц, вниз пролетела стая альпийских галок, покружила над калиной, одна из галок даже села на дерево и стала клевать ягоды, но остальные не решились, а пока мы перемещались к ним, так и вовсе вся стая улетела, включая и ту птицу, что сидела на дереве. После мы поднялись на сам Чимбулак и стали искать трехпалого дятла, которого там неоднократно видели другие наблюдатели. Но мы не нашли не только дятла, но даже ни одной ели с дятловыми поклевками. Зато видели тех же альпийских галок, черных ворон, стайку белошапочных овсянок, ну и опять московок.

Спустились в Кимасар. В Кимасаре цель была одна – белобрюхая оляпка. Найти ее было очень легко, поскольку никуда с каскадов эти оляпки не смещаются. Но сфотографировать оказалось не так просто, так как птица не подпускала к себе на достаточно близкое расстояние. Хотя, казалось бы, должна была привыкнуть к обилию и близости людей. Кроме оляпки здесь же видели крапивника, юрков и восточного канюка. После Кимасара времени было не так много, солнце еще радовало, и мы решили проехать в рощу у Маяка, где Мадина сняла белокрылого дятла. Правда из-за пробки на Восточной объездной туда мы добрались не так быстро, но место оказалось в целом интересным. На пахоте кормились сотни грачей (в т.ч. один частичный альбинос) и сорок, были также и серые вороны с галками, над полями летали пустельга и перепелятник, а один раз с дерева слетел тетеревятник, наличие которого Андрей заранее предрек по сорочьему гомону. Перспективными для зимних наблюдений показались кураи, из которых пару раз мы спугивали фазанов. Дятла мы не нашли, видели несколько больших синиц и лазоревок, однако большего ожидать было трудно, поскольку стремительно темнело. Еще в этих местах поразили самолеты, которые низко заходят на посадку и пролетают буквально над головой, но главное – это частота посадок. Время мы не засекали, но сложилось впечатление, что самолеты садятся каждые три-пять минут, по крайней мере, пока мы были у Маяка, на посадку зашли самолетов десять. Но ни птицы, ни люди на самолеты никакого внимания не обращали.

На этом мой бердинг не закончился. Во время вечерней (ночной) пробежки я дважды видел перепелов. Одного перепела спугнула машина, он перелетел на клумбу с розами, я совершенно точно видел куда он сел, и уже хотел бежать за фотоаппаратом, но через минуту следующая машина вновь спугнула птицу, куда она полетела я уже смотреть не стал. Другого перепела спугнули уже люди. Бедные перепелки вероятно так и перелетали туда-сюда, поскольку в это время (около 21) на площади собираются собаководы, а собаки перепелам покою не дадут.