Южный Казахстан. Дарбаза - Кызылкум.

6 июля. Алматы-Чимкент-Ходжатогай. Выехали в 6.30 утра, нигде не останавливаясь, доехали до Чимкента, где пересели на другую машину, купили еды и воды, и поехали на конечную точку. Но до заката не успели, уже в ночь проехали Ходжатогай и заночевали в пустыне. Оставалось ехать около 30 км, но накопилась усталость и не хотелось ехать в темноте по пересеченной местности.

7 июля. Утром встали до рассвета и тут же поехали на точку, но солнце встало уже по дороге. Местность — холмистая пустыня с очень редкой низкорослой и уже выгоревшей травой, кустарники есть лишь по овражкам, кое-где встречаются такыры. Едем к чинкам, которые здесь невысоки и довольно многочисленны, но, по словам Бориса Михайловича, интерес представляют далеко не все чинки, так как часть из них либо совсем малорослы, либо обсыпаны. А для нас нужны относительно высокие и со скальными обрывами и расщелинами, поскольку именно в таких местах живут каменки, сычи, хищники, сизоворонки и многие другие птицы, включая даже майну, которую все привыкли видеть только в антропогене. Первая же скальная гряда дала встречу с молодой черной каменкой, но мы не стали за ней гоняться, поскольку мы спешили, а солнце поднимается сейчас просто с бешенной скоростью. Еще в А-Ате я заметил, что в 8 утра тени уже почти нет, а это значит, что в 8 утра фотосъемка уже заканчивается. Мы добрались до основной скальной гряды где-то часам к 7 утра, однако солнце было уже очень высоко, и у нас оставалось буквально около часа, чтобы найти и сфотографировать черных каменок. Последние показались почти сразу, и почти сразу стали прятаться в тени. Так что мы немного опоздали и лишний раз подтвердили тезис, что летом надо ночевать на месте съемки. Дивные длинные тени от полевых дорог и неровностей ландшафта исчезают минут за 30. Обыватель восторженно цокает языком от изумительных пейзажей профессиональных фотографов и недоумевает — почему же у меня так не получается. А один из секретов лежит на поверхности — обыватель просыпается в 8 утра, а фотографирует в солнечный полдень. Профессионал же ночует на месте съемки и фотографирует в тот короткий утренний промежуток, который ему дается природой. С птицами то же самое — красивые фотографии получаются либо когда облачно, либо утром. Вот я сегодня опоздал. Пришлось довольствоваться тем, что есть. Однако, как известно лайфер плохим не бывает. Кроме того, нестандартно поздний (по сезону) выезд дает и нестандартные результаты — мы сняли молодых каменок, которых в мае еще нет. Кроме черных каменок (и полностью черных, и белобрюхих) видели стервятников, курганников, сизоворонок, выводок сычей, стрижей, деревенских ласточек. Но ближе к 9.30 все птицы исчезли, а от жары голова уже раскалывалась. Находится здесь не имело смысла и желания, поэтому, посчитав дело сделанным, мы направились в Кызылкумы на базу. По дороге видели розовых пеликанов, направляющихся в сторону Шошкаколя, а у пойменного сырдарьинского леса нам попались тювик и птенец фазана с кузнечиком в клюве. Добравшись до базы, мы уподобились местным черепахам, то есть легли в спячку. В июльский полдень в Кызылкумах это единственно возможное занятие.

Ближе к вечеру поехали на небольшой водоем, находящийся среди кустарников в песках, и получивший название Волшебное озеро, из-за высокой концентрации птиц, прилетающих сюда на водопой. Вечером повторяется история с возможностью сделать более-менее удачные кадры. Времени дается на это всего около часа, а то и меньше. Пока ехали на точку, наблюдали хищников — змееядов, курганников, пустельг, прячущихся в тени столбов. Солнца уже меньше, но оно все еще жгущее. В саксаульном лесу я вышел поискать скотоцерок, три гнезда которых Борис Михайлович находил здесь месяц-полтора назад. Однако я не нашел не только скотоцерок, но и каких бы то ни было птиц вообще. На волшебном озере, как и по всей пустыне, самой многочисленной птицей является хохлатый жаворонок. Его заметно больше, чем всех остальных птиц вместе взятых, в течении часа-полутора, что мы были на точке, не было момента, чтобы видимых хохлатиков было меньше двух-трех десятков. Хохлатики отвлекают внимание, но в какой-то сознание включило фильтр - «не показывать хохлатых жавороноков». Прочие птицы, прилетавшие попить воды: фоновые виды — разновозрастные буланые вьюрки, желчные овсянки, южные бормотушки, относительно скрытные тугайные соловьи, зеленые щурки, бухающиеся прямо в воду; одиночками — бухарская синица, самка индийского воробья, пустынный сорокопут (может и не пить прилетал, а поохотиться). Отдельно про кекликов — взрослая птица (условно самка) очень осторожно и медленно вела свой выводок (10 подростков) к воде через высокую и густую траву. Пару десятков метров кеклики преодолевали более получаса — впереди шла мамаша, за ней осторожно молодняк. К воде самка тоже вышла первой и начала пить, потом подтянулись остальные. Пили птицы около 10 минут, при этом самка, утолив первую жажду, отошла в сторону, как бы встала «на стрёме», но потом спустилась в другую точку и продолжила пить. Уходили тоже медленно, но резко прилетевшие сороки, видимо, напугали кекликов, и они сорвались до ближайших кустов. К этому моменту солнце уже окончательно ушло, и наш бёрдинг тоже закончился.

Списки птиц: Дарбаза, Сырдарья, Кызылкум.