По пескам до Уштагана

Второй заезд в пустыню оказался удачнее первого. Мы проникли довольно глубоко (на 200 км) и широко (до границы с Россией). Вся территория — пустыня в разных своих проявлениях. Два основных биотопа это — а) холмистая песчаная пустыня с кустарниками разной высоты и разнотравьем; б) относительно ровная голая глинистая земля с редкими кустиками пока еще зеленой полыни. И там и там есть барханы разной протяженности и высоты. Вблизи или прямо внутри этих барханов бывают поселения людей, и временные и постоянные, потому что там, под барханами, есть пресная вода. Есть также в пустыне и солончаки, редкие и небольшие там, где холмы, но многочисленные там, где равнины. Некоторые соры в равнинной пустыне весьма значительны в размерах. Дорога прямая, с юга на север выравнивается в вертикальной проекции, но есть участок, где около 30 км едешь по песчаным горкам.

Ехали до Уштагана, не торопясь, делая остановки для наблюдения за птицами. Останавливались у соров, надеясь на пограничье биотопов, но соры не дали ожидаемых зуйков, пеганок, тиркушек, крачек. Можно было бы сказать, что сор — это мертвая зона, если бы не рогатые жаворонки, многочисленные именно там, где солончаки создают открытое пространство, малые жаворонки, плясуньи, и золотистые щурки, роющие норки в обрывах вблизи соров. Кустарниковая холмистая пустыня дает стандартный набор видов — жаворонки, плясунья, пустынный сорокопут, желчная овсянка, южная бормотушка, славка-завирушка. Последняя далеко на север не уходит, видел ее только в южной половине маршрута.

За полосой соров и равнинной пустыни, в которой, кроме рогатых и малых жаворонков почти никого не видел, начинается полоса относительно густотравной и немного холмистой полупустыни, где мы встретили журавля-красавку. Несколько раз видели курганников, и нашли одно жилое гнездо на саксауле.

Заезд в Уштаган идет с юга прямо по бархану. Я делал три попытки с разных сторон, но всякий раз дорога просто исчезала в песке. В конце концов, я понял, что нужно просто верить местным водителям, оставляющим смутные очертания следов на бархане. Я подумал, что местные знают где бархан твердый, а где сыпучий, и поехал по неясным следам прямо по верху бархана, и в итоге оказался в Уштагане. Небольшой оазис в вечернее время смотрелся здорово. А наличие деревьев дало новых птиц. Удивило присутствие в середине пустыни голубей, кольчатых горлиц, скворцов. Очень неторопливо пролетающие кобчик и коршун (в меньшей степени) намекали на то, что они могут быть местными. А чечевицы и серая мухоловка показывали, что пролет еще идет.