Искра. Заход в пустыню с севера.

Готовясь к экспедиции в пустыню Северного Прикаспия, я выстраивал маршруты, руководствуясь имеющимися картами и спутниковыми фотографиями. Но первый же заход на 30 км вглубь пустыни показал, что нет таких карт и фотографий, на которые можно было бы полагаться на 100%, дорог просто нет, а те, что есть, могут быть просто пересыпаны песком. А это означало, что нет никакой возможности строить детализированные планы на весь маршрут, расписать все действия на много дней вперед, потому что информации по дорогам нет. Есть люди, которые могут что-то пояснить про дорогу до определенной точки, а дальше всегда следует совет — там у кого-нибудь спросите. Собственно так и было — едешь, спрашиваешь, едешь дальше. Методом тыка. Бывали тыки удачные, бывали нет, иногда позже выяснялось, что я проявлял чрезмерную осторожность, иногда наоборот — неоправданно рисковал. Киплинг сказал, что победа и поражение — это одно и то же. Помню, что меня эти слова поразили, но потом я понял, что действительно неважно победил ты или проиграл, ты получил результат, сделал выводы и двигаешься дальше.

Сегодня мы должны зайти на два квадрата к северу от Искры (которую успели переименовать уже дважды, но народ по прежнему называет ее Искрой). Будучи в Уштагане мы разговаривали с местным жителем, который ездил из Уштагана на Новую Казанку. Я пытался поподробнее узнать про участок от Уштагана до Искры, но он упорно повторял мантру, в которой участок до Искры невнятно прожевывался. Я настаивал, но он так и не раскрылся. Это могло означать, что либо он врет, либо песчаный участок в 130 км несложен настолько, что останавливаться подробно на нем не имеет смысла. Я склонялся к первому варианту, но сегодня нам предстояло это проверить — пройти по этому участку в обратном направлении примерно 50-60 км. Но вначале надо было доехать до Искры. Трасса от Жангалы до Сайхина — это широкая (шириной в 4 полосы) дорога, которая когда-то была то ли грейдером, то ли асфальтом, но сейчас ее засыпали глиной, чтобы выровнять неровности. В дождь дорога непроходима, но когда сухо местные пылят по ней с приличной скоростью, мы же не могли разогнаться из-за страха опять оторвать заднюю дверь. Ну и птичек тоже старались посматривать. Вчера меня удивил факт, что в районе Сайхина-Шунгая я не увидел ни одного малого жаворонка, тогда как серый жаворонок был массовым видом (самым массовым). Поэтому на каждую птичку я останавливался и рассматривал ее. Оказалось, что примерно до долготы Урды (30-35 км от Сайхина) встречаются только серые жаворонки, а дальше только малые. Еще был встречен один стрепет, снять которого не удалось даже протокольно из-за сбившихся настроек камеры. Ну и гнездо курганника прямо на обочине трассы тоже нельзя не упомянуть. Обе взрослые птицы находились у гнезда, одна сидела на яйцах, вторая рядом. Гнездо располагалось прямо на земле, в нем было два яйца и один пуховичок. В гнездах других курганников, которые мы находили, уже давно оперившиеся птенцы, готовые к вылету, а здесь еще яйца. Я подумал, что это может быть повторная кладка, а первых птенцов эта пара могла легко потерять, если первое гнездо было расположено в таком же опасном месте. В 2006 году на этой дороге я находил много сбитых молодых степных орлов и курганников, в этом году — нет, но орлята еще и не вылетали из гнезд. В 2006 году мне казалось, что местные специально сбивают орлов. Я так думал, потому что сбросить скорость на такой дороге не составляет никакого труда, но люди отчего-то этого не делали.

Доехали до Искры (она же Уялы, она же Сасай) и первые же попавшиеся пацаны на УАЗе показали нам дорогу на Уштаган. Дорога первые километров 10 идет по ровной пустыне, а потом начинается уже знакомый ландшафт бугристых песков, правда рельеф более сглаженный, но все равно очень похожий. Еще здесь есть овраги разной глубины, в которых растут деревья — ива, джида, тополь. Овраги расположены на расстоянии от километра до нескольких друг от друга. Есть и небольшие круглые лепешки сухих соров, поросшие редким солеросом. Птицы все привычные — малые и степные жаворонки составляют большинство, по кустарникам прячутся славки-завирушки и бормотушки, обязательно присутствуют удод, золотистые щурки, кукушка, желчная овсянка, каменка-плясунья, вблизи ферм — деревенская ласточка, вблизи сухих соров — рогатый жаворонок. Ничего нового, ничего интересного, но как говорит Олег Белялов, получить информацию об основных видах — это тоже интересно. Отличием от схожего биотопа в южных квадратах является наличие белокрылого жаворонка и отсутствие пустынного сорокопута. Довольно быстро проехали километров 50 на юго-запад, углубившись в нужный квадрат почти на треть, потом вернулись и проехали на восток в соседний квадрат. Дорога в соседний квадрат выглядела сложной, но на деле оказалось, что продавленный трактором след оставлен не на твердой глине, а на мягком песке. Единственной, но неприятной проблемой была глубина колеи — мы очень часто шоркали брюхом песку. Биотоп везде одинаков, дважды видели могильников — один раз пару, а вечером одиночку, подозреваю, что из той же пары. Издали показывались пустельга и луговой лунь.

Ночевали на сухом соре, наступает жара, поэтому ночью было очень тепло.