Лебединое нашествие в Актау

Вот уже несколько дней соц. сети и новостные каналы пестрят сообщениями о небывалом скоплении лебедей на Каспийском море в черте города Актау - на так называемом солдатском пляже.
Еще с прошлого века у горожан сложилась традиция – кормить лебедей у пирса на берегу 14 микрорайона, где в разные годы держались там почти всю зиму от пары десятков до нескольких особей. В последнее десятилетие лебедей во всем известном месте становилось все меньше, нерегулярно или вовсе отсутствовали. Но это не означало, что в нашем регионе их не стало, нет. Основная масса зимует в акватории северного Каспия, какая-то часть на озере Караколь, образованном сточными водами МАЭК. Всю зиму можно наблюдать, как они перемещаются из более северных регионов Каспия в южном направлении и обратно. И если хоть один-два лебедя оказываются близко к берегу в пределах городской набережной, люди спешат посмотреть на белых красавцев.
Но эта зима удивила всех. Более тысячи шипунов осели на мелководье - от скальной тропы на мысе Меловом до сооружений морпорта. На это скопление я обратила внимание 9 февраля, просматривая городские видеокамеры. Понятно дело, мне необходимо было увидеть это своими глазами, а не через бездушный набор металла, пластика и стекла. Ближе к вечеру мы поехали на берег.
На пляже близко к воде не подойти: жижа после осадков, огромные лужи. Пришлось наблюдать издалека. Но и этого хватило, чтобы впечатлиться. Лебедей действительно много, вероятно, больше тысячи. Однако больше всего поразило количество чаек. Одна большая группа состояла преимущественно из сизых чаек, другая, в нескольких сотнях метров от нее, - в основном из хохотуний. И их там тысячи! И самое интересное, за тот час, что мы пробыли там, чайки, почти нескончаемым потоком прибывали и прибывали откуда-то с северной стороны. Подумалось, что, возможно, с мусорного полигона сюда на ночёвку слетаются. Когда встревоженная масса взмывала вверх, казалось, будто над полем поднялась стая саранчи.
Среди чаек шныряли по заледеневшим грядам скворцы и серые вороны. Ближе к кромке воды держались небольшие кучки уток: кряквы, серые утки. Среди хохотуний уже дома разглядела на фото трех пеганок, гоголя. Хотелось стоять и наблюдать еще, но пронизывающий холодный ветер заставил нас бежать греться в машину.
Следующая точка - ближе к скальной тропе, где подземный источник впадает в море. Там на пляже доверчивые лебеди были совсем рядом – руку протяни и вот они. Некоторые люди так и делали: тянули руки к ближайшим птицам. Одна женщина делала селфи с лебедем, и радостно общалась с кем-то по видеосвязи, демонстрируя далекому собеседнику это лебединое великолепие. Люди приходят сюда семьями, несут хлеб, несмотря на предупреждения специалистов не кормить птиц этим продуктом. Возле небольшого деревянного пирса крутится лебединый молодняк. Разбросанные у кромки воды тертая морковка и капуста их не привлекает. Зато слышен забавный плямкающий звук - «плям-плям-плям»: так они цедят клювами прибившуюся к берегу коричневую тину. Тут же среди лебедей крутятся лысухи, озерные чайки, кряквы; чуть поодаль несколько широконосок, свиязей и серых уток.
Последняя точка наблюдения – причал, выдающийся в море примерно на 150 м, хотя здесь очень мелко. На досках лежал мертвый взрослый лебедь. Судя по мокрым пятнам, его недавно кто-то вытащил на причал. Вокруг ныряли чомга и около шести черношейных поганок, на берегу – две белые трясогузки. Изрядно подмерзнув на всепроникающем ветру, сели машину и, довольные увиденным, поехали домой.
К слову, к середине февраля уже вовсю началось движение утиных на север. Над морем периодически проносятся - на мой взгляд, с сумасшедшей скоростью - хохлатые чернети, вместе с красноголовыми нырками. Степенно, словно плывя по воздуху, летят лебеди; иногда далеко в море можно видеть вереницы отдыхающих на воде стай.
Чувствуется, весна близко.